Закрыть ... [X]

Сценарий о художнике айвазовском

Айвазовский. Сказка о волне и художнике

Жила-была Волна. Ей очень нравилось жить в огромном Море. На рассвете она становилась розовой и нежилась в тёплых лучах солнца, а в лунные ночи подставляла свою спинку под холодные серебряные лучи. В штормовые дни она была такой же темно-серой, как и низкие тучи, и на голове у неё появлялась шапка белой сердитой пены. Но больше всего ей нравилось тёплым летом плескаться у самого берега, ворошить разноцветные камешки, поиграть с рыбкой или щекотать за ножку маленького ребёнка.

Ночь. Голубая волна (1876 г.)

Санкт-Петербург (1847 г.)

Вид Петербурга (1888 г.)

Вид на Большой каскад в Петергофе (1837 г.)

Лунная ночь на Капри (1841 г.)

Бриг «Меркурий» после победы над двумя турецкими судами встречается с русской эскадрой (1848 г.)

Буря на море ночью (1849 г.)

Девятый вал (1850 г.)

Морской вид (1867 г.)

Восход солнца в Феодосии (1855 г.)

Чёрное море (1881 г.)

Однажды Волна увидела на берегу маленького кудрявого мальчика. Он не боялся ее и готов был играть с нею почти в любую погоду. А иногда он брал скрипку, и она в его руках пела такие красивые и печальные мелодии, что Волна затихала и, слушая его, чуть слышно плескалась у берега. Он смотрел на неё как-то особенно, и Волне хотелось быть для него ещё более красивой, чем прежде.

Мальчик был армянином, и его называли то Ованесом, то Ваней, потому что в городе Феодосии, где он жил, было много и русских, и армян, и греков.

— Я нарисую тебя! — сказал однажды мальчик.

— Попробуй! — засмеялась Волна, качая своей головой в маленькой пенной шапочке. Она-то знала, что это невозможно.

А потом мальчик куда-то пропал. Тихо подползая к берегу и слушая разговоры людей на берегу, Волна узнала, что Ваня уехал далеко-далеко на север, в Петербург, учиться на художника. Ей захотелось посмотреть на этот город. И она тоже отправилась в долгое путешествие. Сколько художников пытались уже сделать это! Но едва они успевали прикоснуться кистью к холсту, как Волна меняла свой облик и цвет, становилась другой. А у мальчика не было даже красок. И рисовал он углём на беленой стене. Волна слышала издалека, как сердито ругали его за это.

Петербург оказался огромным городом. Большие каменные здания стояли по берегам, закованным в гранитные набережные, так что Волна стала маленькой и серой, как все.

Она плескалась у ступенек, которые поднимались к Академии художеств, смотрела на древнейших каменных Сфинксов, привезённых из Египта, удивлялась белым ночам, когда все видно, как днём...

Она часто видела своего друга, который теперь стал совсем взрослым, и теперь его все звали только Иваном или даже Иваном Константиновичем. И он узнал ее и часто-часто стоял на берегу, наблюдая за нею.

Но Волне было тесно в каменных берегах, ей хотелось опять выйти на морской простор. Она обрадовалась, когда услышала, что Иван отправляется в путешествие, и решила сопровождать его. Волна ещё не знала, что путешествий будет очень много. Но даже если бы и знала, это не испугало бы ее: она не могла устать или состариться.

Иван Айвазовский плыл через моря и океаны на больших судах с парусами, а Волна следовала за ним: они уже не могли жить друг без друга. На многих морях, реках и даже океанах любовался на Волну художник.

— Я нарисую тебя! — говорил он.

— Попробуй! — смеялась Волна.

Она по-прежнему была уверена, что ее, такую изменчивую, такую живую, нельзя показать на неподвижной картине. Она гордилась этим, и все-таки ей было немножко грустно.

— Где же твои кисти и краски? — насмешливо журчала Волна.

— Сейчас они мне не нужны, — отвечал художник. — Мне надо хорошенько запомнить тебя, а потом, в мастерской, я закрою глаза, и вновь тебя увижу и сумею изобразить на картине!

И вот Волна все чаще стала слышать, как восхищаются люди Иваном Айвазовским. Они говорили, что он самый лучший «маринист» и никто так, как он, не умеет изобразить море в лунную ночь или на рассвете. Она поняла, что маринист — это художник, который умеет писать море.

Больше всего говорили о картине «Девятый вал». Волна знала, что это означает. Во время штормов в разных морях она часто слышала, что люди считают волны и почему-то думают, что девятая — самая страшная и сильная. Наконец, она тоже увидела эту огромную картину. И даже затихла, остановилась на несколько минут: так она была удивлена.

В центре картины, в бушующем море, художник изобразил обломок громадной мачты, за которую цеплялось несколько людей. Это все, что осталось от большого и казавшегося таким прочным корабля. Наверное, всю ночь их носило посреди безбрежного моря. И вот, наконец, наступил рассвет. Встаёт солнце, хотя его почти не видно сквозь водяную пыль. Вместе с солнцем и теплом появилась надежда на то, что буря вскоре утихнет. Но это только надежда... Над головами крошечных людей поднимается новый девятый вал, огромная волна...

И Волна... узнала в ней себя. На картине она была такая же могучая, просвечивающая на солнце зелёным и голубым цветом, с капельками брызг и хлопьями пены, такая же красивая и... живая!

— Ну, хорошо, — сказала Волна художнику. — Ты кое-чему научился, я не спорю. Но почему все время яркие краски, закаты, рассветы да лунные ночи?.. В нарядной одежде любой покажется красавцем. А ты попробуй написать меня просто, без всяких украшений. Эта задача будет потруднее.

— Да, — отвечал художник. — Ты права. И я научусь этому.

К этому времени Айвазовский опять переехал в Феодосию. Волна видела, как он построил дом, как в своей большой мастерской с огромными окнами писал все новые и новые картины. Бывало даже, что на большую картину ему требовался всего лишь один день.

И вот однажды он пришёл на берег и сказал: — Мне кажется, я сумел. Посмотри. Я назвал эту картину «Чёрное море».

Долго смотрела на себя Волна. Вот она, рядом со своими подругами, мерно поднимаясь и опускаясь, бежит по необозримому морскому простору.

Иван Константинович Айвазовский (1817-1900), русский художник-маринист, баталист, коллекционер, меценат. Автопортрет (1874 г.)

Памятник Ивану Константиновичу Айвазовскому в Феодосии

Художник сумел показать, как бездонна ее глубина. Ничего, кроме моря и неба. Нет ярких красок. Но есть настоящая красота. И торжественность.

— Да, ты сумел...— тихо прошелестела Волна. — Спасибо тебе. И она благодарно провела своей мокрой ладонью по его ногам.

А потом Иван Айвазовский перестал приходить на берег. И Волна загрустила без своего художника. Люди на берегу говорили между собой, будто он умер. Они говорили ещё, что он был очень добрым человеком, что помогал многим людям, особенно тем, кто хотел стать художником. И что он написал за свою жизнь шесть тысяч картин. Волна не знала, сколько это — «шесть тысяч», но понимала, что очень много, потому что все повторяли это с большим удивлением.

Но, спустя ещё много-много дней, все изменилось. Опять осветились огни его дома и мастерской и каждый день много людей приходили туда и надолго оставались в доме. Потом они шли на берег, и Волна слышала, как люди, с улыбкой наблюдая за ней, говорили друг другу, как замечательно Айвазовский сумел передать ее красоту. И Волне было очень приятно.

И сам художник однажды опять появился перед своим домом и больше уже не уходил. Он сидел на высоком постаменте, держа в руке кисть и глядя в море. Его бронзовое лицо улыбалось, и Волне казалось, что он, как и прежде, разговаривает с ней.

Текст Галины Ветровой.

Презентация

В комплекте:
1. Презентация - 35 слайдов, ppsx;
2. Звуки музыки:
    Бетховен и звуки океана - Концерт для скрипки, mp3;
3. Статья - сопровождающий документ, docx. 


Источник: http://music-fantasy.ru/materials/ivan-ayvazovskiy-skazka-o-volne-i-hudozhnike


Поделись с друзьями



Рекомендуем посмотреть ещё:



Тематический классный час по теме: 200 летие И.К. Айвазовского - Символ вечная любовь тату



Сценарий о художнике айвазовском Сценарий о художнике айвазовском Сценарий о художнике айвазовском Сценарий о художнике айвазовском Сценарий о художнике айвазовском Сценарий о художнике айвазовском Сценарий о художнике айвазовском Сценарий о художнике айвазовском

ШОКИРУЮЩИЕ НОВОСТИ